Анастасия Мурзич. Реализовывать свой дар!

Мне предоставилась замечательная возможность побеседовать с восхитительным во всех пониманиях этого слова человеком — Анастасияей Мурзич. Анастасия — поэт, писатель и журналист, активно принимает участие в творческой жизни и популяризации многих отечественных талантов. Автор нашумевшей книги «Театр Романа Виктюка. Из точки в вечность» и недавно вышедшей в мир повести «Грязь». А главное, она просто женщина, которая никого не оставляет равнодушной!

— Анастасия, хотелось бы начать разговор со знакомства с вашей биографией. Где родились? Как проходило ваше детство, школьные годы? Я практически уверена, что уже тогда вы были исключительно творческим ребенком.

— Спасибо за лестное предположение! Но так ли это?.. Отвечаю по порядку. Я родилась в Калининграде. Но это категорически не мой город. Мы с ним энергетически несовместимы. Видимо, меня инопланетяне похищали — ничего толком не помню из своего детства… Как-то не сильно комфортно я себя чувствовала до двенадцати лет. Не в том месте и не в том времени.

А вот в двенадцать лет началась моя сознательная жизнь! Для начала я — сама — устроилась работать в зоопарк. Мне казалось, что я реально могу помочь… Мне очень этого хотелось. Я провела в зоопарке чудесные летние каникулы, а потом мы переехали… И я, наконец, нашла — своих — друзей. Вот в чем дело — я не вписывалась (и не вписываюсь, пожалуй) ни в какие общества-коллективы. Но вдруг наше маленькое тайное общество сложилось само собой: я, Ольга Аброськина и Люда Рогачева… Мои дорогие девчонки. Много лет именно они и были моим главным «мы». Кстати, мы и к творчеству пристрастились вместе. Сначала слушали музыку, потом собрали свою группу. Ничего такого… Я числилась директором. Я в то время считала, что женщина в рок-н-ролле — это не круто. Зря! Зря!

— Кто по профессии ваши родители, и каким образом их робота повлияла на выбор вашего жизненного пути?

— Мои родители Наталья и Геннадий Мурзич — калининградские художники. Я с детства точно знала, что пойду — другим путем. Видимо, из чувства противоречия. Я — книжный ребенок. Книги поглощала тоннами, и самое большое удовольствие получала от чтения. Живопись меня не очень-то впечатляла. Я думала, что если была бы художником, писала бы исключительно портреты. Потому что меня интересуют — люди. И только люди. Я, в общем, и пишу истории только о разных хороших, сложных людях.

Другой вопрос, ощущение свободы… Мой отец сначала работал в Художественном Фонде, а потом, в эпоху кооперативов, открыл свое рекламное арт-дело. Он занимался тем, чем хотел и когда хотел. Он сам распоряжался своим временем и своим пространством. Никто над ним не стоял. Вот это в детстве произвело на меня неизгладимое впечатление. В этом смысле, я стопроцентно папина дочка. Я очень рано поняла, что свобода — это главная ценность. Лично для меня.

— А как на счет высшего образования?.. Где вы учились?

— Да-да… Я вырвалась из Калининграда в Питер — официально — отправившись за высшим образованием. Но всем было понятно, что я не вернусь. Я окончила Институт Культуры и Искусства. По образованию я менеджер культуры. Но! Мои вечные ножницы: кроме менеджмента я занимаюсь журналистикой и сама пишу, конечно же.

— Как, по вашему мнению, дает ли журналистика достаточную базу для того, чтоб в будущем человек смог писать художественные произведения? Или же все-таки нужно дополнительно и усердно поработать над собой?

— Работать над собой точно нужно! А журналистика — не помешает. Прекрасно, если человек любит и умеет писать, самое главное — у него должно быть своя «главная тема». Чтобы он имел, что сказать.

— Какое произведение стало вашим дебютом, или, возможно, вы начинали с поэзии?

— Я начинала с поэзии! И сейчас, представляясь, я начинаю с поэзии. Я — поэт, писатель, журналист. И уже потом менеджер от культуры. Я начала свою бурную литературную деятельность в двадцать лет. Я помню, все спрашивала себя: «О чем же писать?!» Хотелось чего-то важного, ценного, всеобъемлющего! Но… Никакого жизненного опыта, никаких особенно глубоких переживаний на тот момент не было. Светлые, непроходимые дебри невинности, как сказал бы герой моей повести «Грязь». А это вредно для поэзии! Для любого творчества!
Вот, что называется, из раннего:

КОЛОСОК

Неряшливый горячий голосок
Я слушаю. Слушаю? —
Поклоны бью по ветру — Колосок.
Я слушаю? — Слушаю.

Налево — им, а вам — направо я
Кланяюсь. Кланяюсь? —
Зерно мое — ужель отравою?
Кланяюсь? — Кланяюсь.Я задыхаюсь на ветру, ветристая.
Я жду жнеца. Жду жнеца? —
Болтаюсь так уже лет триста я.
Я жду жнеца? — жду жнеца.


Ну, а моим «громким» дебютом стала книга «Театр Романа Виктюка. Из точки в вечность». Двенадцатилетнее собрание сочинений.

— Хотелось бы разузнать кое-что о вашей «новинке» — повести под названием «Грязь». Сами вы охарактеризовали ее так: «Грязь» — это современная, динамичная, горькая повесть о «ненастоящих людях», о «бесполом и бесхарактерном герое нашего времени». Откуда был взят материал для книги? Где находится та почва, стоя на которой вы смогли написать это произведения?

— «Грязь» — это нездешняя история. Почва — из параллельной реальности. В том смысле, что реальностей, в которых я существую — несколько. И меня — несколько, соответственно. Как минимум, восемь! Герой книги, Вова Ходаков — одно из моих, наиболее проявленных, альтер-эго. Он совсем не похож на меня, он — моя полная противоположность. Пессимистичный, склонный к истерикам, проблемный, крайне непостоянный, и при этом, невообразимо прекрасный! Люблю его и обожаю!
Вот стихотворение, написанное им:

БОЛЕЗНЬ

Плесень обоев,
Зеркало. Ступор взгляда.
Каких помоев?
Какого еще вам яда?!

В цвет янтаря —
Солнца смешные слезы.
Все говорят:
«Любовь — вариант невроза».Хандра и сплин.
Прерывистый пульс хилый.
Рецепт один:
«Могила, дружок, могила».


— Все персонажи повести являются плодом вашего воображения или же читатель однажды утром может столкнуться с их конкретными прототипами в булочной?

— В булочной — это вряд ли. Хотя?.. Земные небожители иногда тоже ходят за хлебом… У некоторых героев повести есть «звездные» прототипы. Но это, скорее, фантазия, чем копирование. Прототипы дали мне только повод для размышления, и размышление получилось более чем вольным. Но определенный колорит эта прототипная узнаваемость дает повести, по крайней мере, она волнует воображение читателя.

— Большинство писателей, когда пишут, видят за листом бумаги (либо в современном мире — за клавиатурой) человека, который будет, в конечном результате, читать сие творение. Кого видели вы? Какого возраста, мировоззрения те люди, которые первыми схватят вашу «Грязь» и возьмутся за чтение?

— Я, видимо, крайне эгоистический писатель. Я писала книгу, читать которую, прежде всего, будет интересно мне самой! Один из ее слоганов гласит: «Эту книгу я не стала бы дарить друзьям!» Она слишком своеобразна… Но, если конкретизировать, она, наверное, будет интересна поклонникам Театра Виктюка, Жана Жене, Джека Керуака. Книжка, однозначно, 18 +, более того, она сейчас попадает «под статью».

Там, конечно, нет никакой пропаганды гомосексуализма… Просто герои, в большинстве своем, являются представителями именно этой сексуальной ориентации. Когда я писала книгу, я думала, что мы живем в свободной стране. Теперь приходится задуматься, так ли это… Я надеюсь, что моя «Грязь» пригодится людям, которые ищут, делают и переделывают — себя. Она о том, что, не смотря ни на что, стоит оставаться собой.

— Интересно, что же сейчас на уме и на душе у Анастасии Мурзич? Может, поделитесь творческими планами на ближайшее будущее? Над чем сейчас работаете?

— Если говорить о творчестве, то сейчас я готовлю к выпуску две поэтических книжки. Одна — моя, авторская, вторая — сборник творений любимых поэтов союза одиночек «Соборище», матерью-создательницей которого я, собственно, и являюсь.
А если о менеджменте — все мое естество (и ум, и сердце, и душа) настроено на создание, развитие и процветание арт-медиа агентства «Мурка-post».

— «Мурка-post» — арт-медиа агентство, занимающееся продвижением самого драгоценного из товаров — творчества« — такое определение вы дали в официальной группе агентства Вконтакте. Хочется узнать, как пришла идея создания этого проекта? Ведь это явление очень необычное и я бы даже сказала, чуть ли не единичное для пост-советского пространства.

— Раньше я сама себе была «Мурка-post»… Пиарила, как могла, любимых артистов-музыкантов-поэтов, размещала их интервью в дружественных СМИ, делала концерты-фестивали. Но вот… пришла пора расширяться! С одной стороны, у меня маленький малыш на руках — я не очень-то подвижна и сильно привязана к дому, а с другой стороны, в СМИ сейчас как-то не жалуют культуру и искусство. Материалы о творческой молодежи и героях «средней звездности» пристроить без боя просто нереально. А это категорически неправильно! Вот мы и ищем ходы-выходы, помогаем художникам — так или иначе — рассказать о себе неравнодушному человечеству.

— А каким образом в «Мурка-post» попадают таланты? Вы их ищете намерено или же, наоборот, они ищут вас и активно требуют вашей поддержки?

— Бывает и так, и так… Допустим, нам кажется, что некая творческая единица достойна пристального внимания — мы обязательно это внимание ей оказываем! А если к нам обращаются за поддержкой — мы, конечно же, поддерживаем и помогаем.

— Могли бы вы назвать кого-ибудь из ваших последних находок?

— С удовольствием! Для начала, хочу представить актив агентства, нашу движущую силу, это: веб-мастер, дизайнер, фотограф Дмитрий Хрусталев и киноавтор Адре Галичанин (он же журналист Андрей Галицкий). Мои помощницы по административной части: Алина Марюхта и Даша Донцова. Без них, возможно, и не было бы «Мурки-post».

Первым официальным подопечным нашего агентства стал художник Сергей Опульс. Неоценимо важное приобретение — писатель Сергей Неграш. У нас есть очень крутые группы «Метанойя», «Лйса», «Иг-Рок» и «Лунный Пес», я очень и очень надеюсь, что «Мурка-post» примет активное участие в их творческой судьбе. Еще… Дорогие для нас герои — ведущий солист Мариинского театра Илья Кузнецов и его детская школа балета, король русского галлюциногенного реализма, писатель Антон Соя и самое неожиданное, чудесное явление — Виталий Гиберт!

Именно Гиберту я обязана тем, что все мои внутренние ресурсы сейчас настроены на успех нашей доброй арт-компании! Моя жизненная цель, моя миссия теперь звучит так: «Я использую свои лучшие качества: оптимизм, искренность, любовь к людям и личные творческие амбиции для того, чтобы вдохновлять и помогать творцам гармонично и легко реализовывать свой дар». Вот. Все это очень приятно!

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *